Почему аграрии ЦФО не застраховали посевы

Вернуть субсидии на страхование посевов и урожая призвал губернаторов Национальный союз агростраховщиков. Без господдержки компании экономят на полисах и могут провести сев озимых в этом году, положившись «на авось». Растениеводы признают, что капризы погоды зачастую сводят на нет всю их работу. Но договоры со страховщиками, как и прежде, заключают в основном ради получения банковских кредитов.

Нет субсидий — нет премий

В июле главы 28 субъектов РФ получили одинаковые письма от Национального союза агростраховщиков (НСА) с призывом к началу осенней посевной обеспечить субсидии на страхование сельхозпроизводителей. Из-за отказа регионов от такого вида господдержки растениеводы страховали посевы под урожай 2018 года еще менее охотно, чем прежде. Теперь они терпят убытки в связи с погодными условиями — в частности, на юге страны.

С прошлого года в России ввели «единую субсидию», фактически передав субъектам Федерации право определять, требуется ли аграриям такая господдержка. Практика показала, что регионы больше заинтересованы в том, чтобы направлять средства на цели, непосредственно связанные с производственными задачами, пояснили в НСА.

Охват посевных площадей страхованием сократился с 4,1 миллиона гектаров в 2016 году до 1,3 миллиона — в 2017-м.

— Например, в Белгородской области в 2016-м было застраховано 160,2 тысячи гектаров посевов, а в 2017-м и на 1 июля 2018-го там не заключено ни одного договора сельскохозяйственного страхования с господдержкой. Данное обстоятельство напрямую связано с отказом региона в рамках консолидированной субсидии возмещать затраты аграриев на страхование, — рассказал президент НСА Корней Биждов.

Из-за отказа регионов от господдержки растениеводы страховали посевы под урожай 2018 года еще менее охотно, чем прежде

Страховую защиту с господдержкой сегодня имеет менее двух процентов посевных площадей. В 2014-м так было застраховано почти 18 процентов угодий. Для животноводства, благодаря отсутствию сезонных рисков, показатель почти не меняется, оставаясь на уровне 16-17 процентов. В мировой практике охват страховой защитой в стратегически значимых отраслях производства составляет от 40 до 70 процентов.

Национальный союз агростраховщиков подсчитал, что в текущем году только 32 региона — на треть меньше, чем в 2017-м, — установили для себя целевые показатели по страхованию рисков растениеводства. Эти цифры включают в соглашения с минсельхозом, по которым перечисляются деньги на «единые субсидии».

Держат планку

Судя по сборам страховых компаний страны, в первом квартале реально оказывали аграриям такую господдержку лишь в 23 субъектах РФ. К Центральному округу относится шесть из них. Из данных ЦБ, обработанных медиагруппой «Страхование сегодня», видно: треть всех поступлений по договорам с господдержкой дали воронежцы — 65,5 миллиона рублей. Федеральные субсидии на агрострахование для Воронежской области выросли вдвое, с учетом областных вложений получилось 93 миллиона рублей — против 51 в 2017 году. Производители этим охотно воспользовались. Без субсидий они, к слову, застраховали свои риски лишь на восемь миллионов.

На втором месте по объему поступлений с господдержкой — Москва. Тверь с 8,7 миллиона рублей занимает четвертую строчку, Брянск с 2,4 миллиона — 12-ю. Льготное страхование было также доступно аграриям Ярославской и Орловской областей, которые уплатили премии в сумме 710 и 263 тысяч соответственно.

Здесь приведены данные о страховании всех сельхозпроизводителей, а не одних растениеводов. Ранее за господдержкой чаще обращались именно те, кто хотел защитить от рисков посевы и урожай. Скот было «не так жалко» страховать и полностью за свой счет: при падеже получить возмещение проще, чем при засухе или заморозках. Однако в 2018 году «не жалко» стало и чиновникам: в ряде регионов, сохранив поддержку агрострахования, оказывают ее только животноводам.

Если учесть и те средства, которые аграрии вложили в страхование без помощи из бюджета, то в январе — марте лидировали Москва и Кубань (173,8 и 120 миллионов соответственно). Третьей стала Белгородчина: субсидии на покупку полисов предусмотрены не были, но сельхозпредприятия сами вложили аж 74,5 миллиона. Следом с незначительным отрывом шла Воронежская область. Седьмое место занял Курск с 19 миллионами рублей. В двадцатку вошли также Тверь и Липецк. В остальных регионах ЦФО сельхозпроизводители застраховались на суммы менее 10 миллионов. Для сравнения: смоляне купили полисы на миллион рублей, костромичи — на 484 тысячи, ивановцы — на 180 тысяч.

Силы не равны

А вот с получением страховых выплат в последнее время больше всех везло аграриям из Орловской области. Если, конечно, можно назвать везением компенсацию ущерба. Орловцы, в 2017 году отдавшие за полисы 321 миллион рублей, тогда же «вернули» себе около 63 из них, а в начале 2018-го получили возмещение на 147,7 миллиона. Это четверть общего объема страховых выплат сельхозпроизводителям РФ за первый квартал и 75 процентов выплат по договорам с господдержкой.

Воронежцы за первый квартал получили почти 9,97 миллиона рублей. В 2017-м они застраховались на 546 миллионов, сумма возмещения превышала 268…

Брянским аграриям выплатили за ущерб лишь полтора процента суммы, отданной  страховщикам

Коэффициент выплат — соотношение между объемами страховых премий и выплат — обычно наиболее высок именно в первом квартале, когда подводятся итоги минувшего сезона. В начале 2018-го в России он достиг 84 процентов. Но сельхозпредприятия и фермеры в ЦФО увидели весьма скромную отдачу от вложений в страхование. Белгородцам выдали 1,2 миллиона (1,6 процента от поступлений за тот же период), смолянам — 80 тысяч (восемь процентов). Для Воронежской области коэффициент составил 13 процентов.

По итогам 12 месяцев этот показатель в целом по стране с 2013-го колеблется на уровне 30-40 процентов. Неудивительно, что у аграриев, а теперь и у областных властей возникает соблазн не тратиться на полисы.

В 2017 году договоры сельхозстрахования с господдержкой заключили в 14 регионах Центральной России. Возмещение по таким договорам получили клиенты из пяти областей округа. Коэффициент выплат для региона-лидера по суммам — Воронежской области — составил 47 процентов. Для курских аграриев — 84. Орловцам вернулась примерно пятая часть затрат на страховку. В общем, даже неплохо — если вспомнить, что субсидии покрывают половину стоимости «льготных» полисов. В то же время коллегам из Брянской области выплатили за ущерб лишь полтора процента суммы, отданной страховщикам. Тамбовчане же, отдавшие в виде премий 35 миллионов рублей (с учетом господдержки), получили 230 тысяч. Коэффициент выплат здесь — 0,65 процента.

Получить деньги непросто. Так, зарегистрированная в Воронеже Центрально-Черноземная плодово-ягодная компания надеется взыскать со страховой компании внушительную сумму — более 204,3 миллиона рублей — в виде возмещения за гибель урожая яблок от майских заморозков. Аграрии оценили свой ущерб в 209,9 миллиона рублей, из них получить от страховщика удалось лишь 5,6. Иск в Арбитражный суд Рязанской области был подан восемь месяцев назад, но рассматривать его по существу так и не начали. Истец представил суду более 40 томов документов, которые необходимы для установления обстоятельств дела и расчета размера страховых выплат. Споры о фактической температуре почвы и воздуха в злополучную ночь вертятся вокруг десятых долей градуса Цельсия. Компания-ответчик и Национальный союз агростраховщиков, привлеченный в качестве третьего лица, не могли быстро ознакомиться со всеми этими бумагами. В июле суд в очередной раз перенес рассмотрение иска.

Комментарии

Александр Лазутин, фермер, президент Костромского аграрного союза:

— Аграрии берут кредиты, чтобы выжить. Для их оформления обязательно требуют страховку. Была бы моя воля — я бы вообще не страховал, поскольку выплаты получить совершенно невозможно. Я считаю, что в нашей сфере это просто отбор денег. Компании красиво живут за наш счет. Аграриям нужна не страховка, а господдержка в случае ЧС. В прошлом году было очень сыро. У меня много посевов вымокло. Объявляли ЧС. Но страшнее переувлажнения — засуха. Если при переувлажнении я могу сделать каналы и отвести воду, то от засухи не спасешься. Как раз тут и необходима господдержка. Ее следует оказывать хозяйствам, которые попали в сложные экономические или природно-климатические условия.

Дмитрий Мелихов, директор филиала ОАО «Согаз» (Кострома):

— Проблема в том, что агрострахование часто рассматривают не как средство сохранения своего имущества, а как составную часть кредита. Обращаясь в страховую компанию, люди обычно говорят: «Нам нужно не полное страхование, а минимальный список рисков, указанный в обязательном перечне для получения кредита». Ситуация осложняется еще и тем, что мы находимся в зоне рискованного земледелия. Несколько лет назад к нам обращался руководитель одного хозяйства, который хотел застраховать свои поля выборочно — только два, расположенных близко к воде, поскольку их могло подтопить. Но выборочное страхование нам не интересно, поэтому такой договор мы заключать не стали. Добровольно свой урожай никто, как правило, не страхует. Интерес возникает в случае выделения господдержки. Но при этом аграрии жалуются, что ее приходится ждать очень долго.

Прямая речь

Корней Биждов, президент Национального союза агростраховщиков:

— Для страхования урожая с господдержкой с 2012 года в России предусмотрена так называемая мультирисковая программа — когда страховым случаем признается снижение урожая по сравнению со средним значением за пять лет, вызванное природными событиями, а страховая выплата компенсирует стоимость недополученной сельхозпродукции. Этот тип защиты удобен для страхования катастрофических потерь в растениеводстве, вызванных одним крупным событием (засухой, заморозками) или серией событий, которые последовательно повреждали посевы. Правительство РФ предложило расширить коридор возможностей для агрария. Если до сих пор страховым случаем признается потеря не менее 20 процентов от запланированного урожая, то принятый в первом чтении законопроект обязывает нас рассматривать в качестве страхового случая любой ущерб. Но практика показала, что у аграриев есть потребность в защите рисков и таких потерь, которые не всегда носят катастрофический характер — например, посевы повреждены градом или требуется пересев озимых. Объединение этих рисков с катастрофическими в одном полисе не всегда целесообразно. Для них могут серьезно различаться процедуры оценки ущерба, ожидания аграриев от страхования. Раздельная страховая защита может обойтись дешевле — и аграрию, и бюджету. Так, страхование от града в практике Франции и Испании осуществляется на основании отдельной программы с господдержкой. Тот же принцип может быть применен и к страхованию специфических рисков в некоторых регионах — например, связанных с компенсацией прямых издержек при севе в рискованных агрометеорологических условиях (сегодня это страхованием не покрывается). Условия производства на различных территориях, у крупных холдингов и фермеров сильно различаются. Их потребности невозможно удовлетворить в рамках единого полиса.